Дело было осенью 2013 года. Но тема не устаревает, лишь обостряется. Весной по умирающей деревне особенно тоскуется.

Итак, редактор сказал: «Нужен материал о жизни сельской глубинки. Объективный. Как есть, так и рассказать». И мы отправились в Среднюю Камышинку, — село – спутник Камышина. Руководствовались простой логикой: уж если близкая к городу глубинка не порадует душу и сердце крепким бытом и развитым хозяйством, то, что говорить про другие малые «деревенские планеты», рассеянные по необъятной Вселенной под названием «Россия»?

Подарок на степном блюдце

День командировки выдался пасмурным. Однако, золото и бриллианты осенней природы не давали угасать краскам ветреных пригородных просторов. Село назначения рассредоточено: оно, то ныряет в балку, то рассыпается по косогору. Центральная его часть, словно подарок нарядной ленточкой, опоясана желтой лентой газопровода. Газ пришел в Среднюю Камышинку в 1009 году.

- В настоящее время мы — ТОС «Средняя Камышинка» Лебяженского сельского поселения Камышинского муниципального района, — знакомит нас с местностью председатель ТОСа, уроженец села 47-летний Сергей Николаевич Анкин. Население — 180 человек.

В советские годы Средняя Камышинка являлась третьим отделением колхоза «Красный Октябрь». И хотя тогда газом в селе и «не пахло», колосились колхозные поля, в коровнике сытно обитали 100 крупно рогатых постояльцев.

Машинно-тракторная станция обслуживала хоть небольшой, но действенный парк сельскохозяйственной техники: тракторов, сеялок, веялок. Спешили по утрам и вечерам на дойку женщины. Их мужья трактористы бороздили колхозные просторы за околицей, детишки одолевали азы науки в малокомплектной сельской школе.

Окончив «началку», дети продолжали учебу в школах- интернатах — Лебяженском или Петровальском. На выходные веселой гурьбой возвращались «под крышу дома своего». Проблем с поездками «на большую землю» не было: рабочий поезд «Петров Вал – Камышин» ходил каждый час. Работали сельмаг, почта, фельдшерский-акушерский пункт, собирал сельчан на «советские тусовки» клуб.

Нынче на дворе тоже октябрь, но уже не «Красный…». Нет больше клуба – там теперь частный дом. Разорился государственный магазин, а новый, частный, занимает здание, в котором прежде базировались почта, «больница» и контора.

Недавно, в 2011 году была закрыта малокомплектная сельская школа, а сельский здравпункт — это вагончик, что стоит рядом со школой. Фельдшер ездит  на работу из села Лебяжье. Почтальон камышинский.

Не оптимальны, значит, не нужны

«Малокомплектная» и сейчас встречает всяк сюда въезжающего прямо на въезде в село, как говорится, с порога. Только стоит непривычно тиха,  под замком. Хотя все еще с занавесками в оконцах.

Заглянули через стекло во внутрь – пустая, хоть шаром покати… На фасаде – одинокая мемориальная доска уроженцу села Герою Советского Союза Ивану Лазареву (1918 -1944 г. р.). Школа научила читать — писать много поколений сельских мальчишек и девчонок.

Закрытая малокомплектная школа

Но настали времена, когда малый «комплект детей» уменьшился до 5 человек (с 15-10), а год назад школа стала одной из «лишних». Ныне в Средней Камышинке всего-то  10 — 15 ребятишек от нуля до 18 лет. Школьники учатся в средних общеобразовательных заведениях Камышина.

Выхожу не один я на дорогу

Старшеклассники по утрам выходят на трассу сами, «начальная школа» — с родителями. На Лебяженском рейсовом автобусе (а кто или на личной семейной легковушке) доезжают до Камышина, выходят на остановке «Центральный городской рынок» и сливаются с толпой камышинских школяров и просто горожан.

Вечером — обратный марш — бросок. Учитывая, как нынче ходят автобусы, – сплошная морока. Вот и рожай детей, да побольше, вот и «оставайся на селе».  – Поневоле уедешь туда, где удобнее жить чисто «технически», даже если душа тянется к родной деревеньке. Оптимизация, однако… У оптимизации души нет — только строгие расчеты.

Высокое мнение гласит, что малокомплектные школы изжили себя, что в крупных образовательных учреждениях у педагогов больше возможностей проявить себя, а у учеников — больше шансов получить качественное образование.

Широка страна моя родная

Возможно ли, чтобы в Российской Федерации, занимающей 1/8 часть суши, все жили в мегаполисах, кучно, исключительно возле крупных образовательных и иных учреждений? Даже если нафантазировать такую картинку, то жди новой оптимизации.

Либо Родина призовет осваивать, вынужденно оставленные деревенским народом пространства. Либо их начнут осваивать иностранные граждане и село (в целом) вновь станет третьим (четвертым, десятым) отделением, если не колхоза «Красный октябрь», то чьего-то личного подсобного хозяйства… Природа не терпит пустоты.

Вопрос вопросов: сохранится ли деревня – кормилица, хранительница исторических связей и традиций в своем прежнем варианте или станет местом, где работают вахтовым методом или отдыхают дачным способом, но НЕ ЖИВУТ? Тогда действительно, школа, клуб, больница – лишние…

Послесловие

Согласна с теми, кто считает: если в Америке, с которой мы неустанно берем пример, фермерство является национальной гордостью, то наша национальная гордость – крестьянство практически потеряно. Возразите: мол, в России и в Волгоградской области много крепких хозяйств с хорошо отлаженной работой, с импортной техникой и технологией, есть села, где строятся сады и школы.

Все так. Но, судя по количеству импортного продовольствия на рынках и в магазинах, они – исключение, а разоренные малые родины миллионов людей — правило. Пообщавшись с жителями малых сел, ощутила их неизбывную тоску: они и хотели бы здесь жить, но не получается: негде работать, не на что жить, до «большой земли», даже если она рядом, как до звезды.

Крестьяне же, работающие в крупных агрохолдингах, никак не могут почувствовать себя хозяевами земли русской, болеющими за свое дело. Возвращаясь с полей, где пахали на тракторах, оборудованных системой ГЛОНАСС, с ферм, оснащенных чудесными доильными аппаратами, они, как при царе Горохе, с лопатами и вилами горбатятся на собственных подворьях. Зарплата у сельских тружеников такая же низкая, как у любого другого наемного российского работника.

Они не крестьяне, скорее — батраки. Режут последнюю скотину, чтобы выучить своих детей городским профессиям, считают: пусть едут подальше от пашни, туда, где есть достойная работа. Только где она есть? В Москве?

Историк С. М. Соловьев писал:»… в истории ничто не оканчивается вдруг и ничто не начинается вдруг: новое начинается в то время, когда старое продолжается». Продолжается ли доброе старое или опять: весь мир разрушим до основания, а затем… Какой еще беды ждать селу?

Сергей Анкин, председатель ТОС «Средняя

Ждать пока «все утрясется» не стал

Камышинка» :

- Я чудес оптимизации в детстве не застал. Окончил в Средней Камышинке начальную школу, затем школу – интернат в Петровом Вале. В камышинском СПТУ освоил специальности тракториста, шофера… Получив «корочки», три месяца работал в родном колхозе на тракторе, заодно учился в школе ДОССАФ на автокрановщика, а там и армия подоспела.

Служил в группе советских войск в Германии, повидал заграницу. И хотя там логики и порядка больше, Россию ни за что на нее не променяю. Когда в 1987 году пришел из армии, работа здесь еще была и зарплату давали, — 11 числа — точно, «как в аптеке»!

Считаю, что в советские годы народ знал свое будущее. А потом наступили лихие девяностые XX века… Разорились колхозы, совхозы. И наш «Красный октябрь» тоже… Посидел несколько месяцев «на бобах» и решился открыть собственный животноводческий бизнес. Плакаться на разрушенную жизнь было некогда, ждать общественной стабилизации тоже. Женился, в семье, один за другим, родились четверо детей. «Лучшие времена», как показала практика, грядут по сей день. А я пока держу коров. Их в настоящее время у меня только дойных десять… Три лошади – без гужевого транспорта никак!

У младшего поколения нашей семьи – другая стезя. Старший Николай ныне живет и работает в Волгограде, Евгений учится в вузе в Санкт-Петербурге, дочь Наташа – на Севере, младший Алешка  ездит в школу №11 Камышина. Окончит — оставаться в деревне не собирается…

Нам нравится в селе. Но…

Андрей и Олеся Булоховы (застали их за работой – шли за песком для раствора – утепляют в своем домике полы):

Андрей:

- Мои родители поселились в Средней Камышинке в 1991 году. После распада СССР они переехали сюда из Казахстана. Колхоз дал квартиру 71 кв. м, три комнаты, правда, жилье без удобств. Я закончил здесь сельскую 4-летку, затем школу-интернат в соседнем селе Лебяжье… Нас туда возили на машине ЗИЛ (будка). Человек пять детей набиралось, двое ребят были из Карпунино. После школы работал в колхозе на ферме. Сдал на права, стал шофером, ушел в армию… После уже искал работу в городе, здесь ее было. Трудился на камышинском элеваторе, в пожарной части. Сейчас – водитель на предприятии «Любимый город». Вот и вся история. С женой познакомились здесь, в селе, — она приезжала к бабушке в гости. Поженились. Купили тут дом, вот утепляемся. У нас подрастают две дочки.

Олеся:

- Я работаю в Камышине, младшим воспитателем в детском саду №48. Дочка Ксюша ходит в этот же садик. Анжела учится в школе №7 Камышина. Автобусы Камышин – Петрунино, Камышин — Лебяжье – нам помогают добраться до работы. Только вот в последнее время совсем плохо ходят… С транспортом вообще трудно, а зимой так – просто беда. Из — за этого много проблем. А вообще жить в селе нравится. Если бы было, где работать и зарплата достойная, — зачем бы мы нам ездить в Камышин?

Ольга Степановна Нагибина, 48 лет, продавец магазина:

- С мужем и тремя детьми приехала в Среднюю Камышину в 1994 году, из Казахстана. Родились там потому, что родители в молодости по призыву партии отправились осваивать целину, да так и прожили там всю жизнь, до самого распада СССР.

Работала дояркой, учетчиком, истопником. Сейчас вот торгую… Сын Василий служит в армии в Моздоке, дочь Маша – живет в Красноярске, Тая – в Петровом Вале, замужем, у нее двое детей. А здесь что? Работы нет. Автобус ходит плохо. Поезд отменили… Ловить, как говориться, нечего.

Александра Федоровна Анкина, кавалер Ордена Трудового Красного Знамени:

- Здесь родилась и выросла. Четыре класса закончила. Потом училась в школе №56 в Петровом Вале — пешком на учебу ходили. Закончила в 1954 году. Три года работала прядильщицей на хлопчатобумажном комбинате. А потом вышла замуж за Виктора Степановича Анкина, тракториста. Пошла работать на ферму дояркой. Хорошо работала, орден заслужила. Построили здесь, в селе дом. Растили двоих детей. Они тоже окончили нашу, теперь закрытую, малокомплектную сельскую школу, затем учились в 56-ом школе-интернате в Петровом Вале. Сейчас живут и работают в Камышине и Лебяжьем. Здесь работать негде.

Виктор Владимирович Тихий, пенсионер:

- Жил и работал плотником в Камышине. От тестя в Средней Камышинке остался дом. Отдал квартиру в городе родным, переехал сюда. В селе воздух свежий, простор кругом.

Живем!

(на фото) слева направо: Виктор Дмитриевич Тихий, Ольга Степановна Нагибина (продавец), Александра Федоровна Анкина (орденоносец)

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА:

Согласно земской карте 1894 года, Средняя Камышинка — хутор на левом берегу реки Камышинки в одной версте к юго-западу от полотна Тамбовско — Камышинской железной дороги. В словаре саратовской губернии Александра Николаевича Минха (1900) о нем сказано: «Камышинка Средняя хутор три стана, Камышинского уезда при речке Камышинке. Сведений об этом хуторе в саратовском губернском статистическом комитете нет. Поселен он на земле города Камышина и жители его причислены к городу. По списку населенных мест центрального статистического комитета (издание 1861 года) — хутор купцов и мещан Камышинка показан на солевозном тракте из города Камышина в землю войска Донского».

Старожилы же говорят, что слышали от предков, что жители по фамилии Бочкаревы и Друзины появились здесь еще при Пугачеве… Друзины живут в селе и сегодня, — многие из них прописаны по сельской улице Друзинской…

 Только факты

Муниципальные образовательные сети в Волгоградской области оптимизируются с 2006 года.

С 2007 года на территории муниципальных районов (городских округов):

- не стало 74 начальных и основных общеобразовательных школ;

- приостановлена деятельность 190 нач. школ;

- реорганизовано в основные и начальные школы 164 образовательных учреждения;

- на 11 % сократилось количество малочисленных школ (где наполняемость классов ниже действующей нормы), в уцелевших «малышках» на 8 процентов уменьшилось число учеников.

Фото на память

Домой

Газ есть, а жизни нет

Всегда пригодится, чтоб воды напиться

Памятный знак жителям Средней Камышинки, погибшим в годы Великой Отечественной войны. А теперь, похоже, и самому селу?